Мечта Гитлера и Риббентропа: как Германия и Япония объединились против коммунистов

Наука



85 лет назад был заключен Антикоминтерновский пакт, Японо-германское соглашение по обороне от коммунизма, направленное против Коминтерна, откуда, собственно, и возникло название самого договора. Основной декларируемой целью этого пакта считалось недопущение дальнейшего распространения коммунистической идеологии в мире, однако после присоединения к нему ряда дружественных Германии государств он фактически лег в основу гитлеровской коалиции стран «оси» во Второй мировой войне.

25 ноября 1936 года в Берлине представителями Германии и Японской империи был заключен Антикоминтерновский пакт, послуживший основой для серии договоров, образовавших затем ядро коалиции стран «оси» Рим — Берлин — Токио и их союзников во Второй мировой войне. Первоначальной заявляемой целью договора, как это и следует из его названия, была борьба с коммунистической угрозой в Европе и Азии, которую олицетворял собой Коминтерн — Коммунистический интернационал, объединявший коммунистические партии разных стран в 1919-1943 годах.

Прежде всего, Антикоминтерновский пакт должен был, по замыслу его инициаторов, противодействовать экспансии коммунистической идеологии и препятствовать продвижению интересов Советского Союза в странах, граничащих с Японией. Коммунистам к тому времени удалось достичь серьезных успехов на Востоке — в Китае, Монголии, Маньчжурии и Корее — и это уже после того, как коммунистическое движение стало выдыхаться на Западе. Антисоветская направленность германо-японского пакта была очевидна, к тому же в секретных дополнительных протоколах было определено, как именно следует противостоять Советскому Союзу.

«Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются взаимно информировать друг друга относительно деятельности коммунистического «интернационала», консультироваться по вопросу о принятии необходимых оборонительных мер и поддерживать тесное сотрудничество в деле осуществления этих мер», — говорилось в первой статье договора.

Этим пактом подразумевалось также вмешательство при необходимости в дела иных государств: «Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются совместно рекомендовать любому третьему государству, внутренней безопасности которого угрожает подрывная работа коммунистического «интернационала», принять оборонительные меры в духе данного соглашения или присоединиться к нему».

В дополнительных соглашениях оба государства заверяли друг друга в том, что будут придерживаться доброжелательного нейтралитета в случае неспровоцированного нападения или угрозы нападения со стороны Советского Союза. Они также обязывались не заключать с СССР договоров, которые противоречили бы «духу этого соглашения». Япония, кстати говоря, ссылалась на соответствующее секретное дополнительное соглашение, когда протестовала против заключения германо-советского пакта о ненападении 1939 года. С японской точки зрения пакт Молотова — Риббентропа был нарушением Антикоминтерновского пакта, поскольку Германия не уведомила Японию о своих переговорах с СССР.

После Первой мировой войны в международных отношениях многим виделись две основные проблемы — хрупкость Версальского мира и повсеместная угроза коммунизма. Коммунистическое движение изначально стояло на том, что революция будет глобальной. «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» — один из самых известных интернационалистических коммунистических лозунгов. Большевистское руководство, до какого-то момента следовавшее этой максиме, соглашалось с тем, что революция в России не может быть изолированным явлением, и это лишь первый шаг к многочисленным революциям, которые в конце концов похоронят капитализм и все его негативные проявления, включая империализм и колониализм, во всех частях мира. Коминтерн считался важнейшим инструментом для продвижения этой повестки глобальной революции. Но после смерти Ленина в 1924 году политическая власть в СССР сосредоточилась в руках Сталина, который, в отличие от Ленина и Троцкого, был убежден, что построение социализма в одной стране не только возможно, но и должно стать главным приоритетом на современном этапе. В этих условиях Коминтерн стал служить уже скорее не делу раздувания мировой революции, а для решения вполне конкретных текущих задач интеграции «первого государства рабочих и крестьян» в мировую систему, включая подготовку агентов влияния и шпионов, причем в самом Коминтерне проводились периодические чистки и размежевания. Сталин помимо всего прочего сделал невозможным какой-либо союз между Коммунистической партией Германии и социал-демократами, назвав последних «социал-фашистами». Раскол левых сил имел зловещие последствия, их влияние на политику и электоральные возможности снизились, что позволило правительству управлять Германией авторитарными методами и в конце концов привести к власти Гитлера.

Читать так же:  Мощность магнитной бури на Земле снизилась до минимального уровня | Наука | Общество

Япония, как и Италия, участвовала в Первой мировой войне на стороне держав Антанты, однако не получила всего того, на что рассчитывала и вела самостоятельную экспансионистскую политику, фактически под предлогом борьбы с коммунизмом продвигала собственную повестку: передел мира, разграничение зон влияния между самыми сильными державами. Безусловно, в рамках Антикоминтерновского пакта японцы надеялись получить европейскую поддержку в деле «геополитического» противостояния с Советским Союзом и были сильно разочарованы тем, что по мере окончательного оформления этого пакта военный альянс против СССР стал выглядеть все более призрачным.

Особое беспокойство заключение японо-германского договора вызвало у Соединенных Штатов, которые не были обмануты антикоммунистической риторикой «пакта» и видимым отсутствием военных соглашений. Было очевидно, что Германия, долгое время находившаяся в политической изоляции, ищет и успешно находит союзников в Азии, а Япония в свою очередь — союзников в Европе, следовательно, и США пришлось пересматривать свои изоляционистские установки, которые, в частности, привели эту страну к игнорированию деятельности Лиги Наций, и приступить к активным поискам надежных союзников среди европейских государств перед неизбежным противостоянием с Японией на Тихоокеанском театре военных действий.

Присоединение к Антикоминтерновскому пакту фашистской Италии состоялось в ноябре 1937 года, однако еще в 1933 году, вскоре после прихода к власти Бенито Муссолини, Италия подписала Договор о дружбе, ненападении и нейтралитете с СССР и не собиралась от него отказываться. И особенно странно Антикоминтерновский пакт стал выглядеть после появления пакта Молотова — Риббентропа в 1939 году и стремительного советско-германского сближения на основе ряда последовавших договоров, в том числе Договора о дружбе и границе между СССР и Германией. В силу этих обстоятельств сам Антикоминтерновский пакт получал скорее церемониальную направленность, а сотрудничество в рамках гитлеровской коалиции приобретало ярко выраженные антизападные и антибританские черты.

Риббентроп объяснил Сталину, что на самом деле Антикоминтерновский пакт направлен против западных демократий, а не против Советского Союза. Сталин это объяснение принял из дипломатических соображений, а среди немецкой общественности ходили шутки о том, что СССР сам таким образом присоединится к Антикоминтерновскому пакту. Эти детали приводил в своей книге «Взлет и падение Третьего рейха» американский журналист, военный корреспондент и историк Уильям Ширер.

Читать так же:  Рогозин заявил об отсутствии угроз безопасности экипажа МКС — РТ на русском

Действие Антикоминтерновского пакта было даже приостановлено в сентябре 1940 года японо-итало-германским Тройственным пактом, в котором главной угрозой объявлялись Соединенные Штаты, а не Советский Союз. Этот документ разрешал договаривающимся сторонам иметь собственные отношения с СССР, с которым уже так активно сотрудничала Германия. Япония после германо-советского пакта о ненападении в августе 1939 года дистанцировалась от Германии, последней из тройки стран «оси» заключила с СССР свой Пакт о нейтралитете и придерживалась его, в отличие от союзников, до самого конца войны.

В конце сентября 1940 года Гитлер направлял послание Сталину, известив его о готовящемся подписании вышеозначенного Берлинского пакта, а позже приглашал прибыть в Берлин для дележа «английского наследства». Но выясняется, что подобные предложения делались в свое время также самой Великобритании.

Какое-то недолгое время СССР оставался в статусе если не дружественного странам «оси» государства, то во всяком случае нейтрального, однако постепенно все эти отношения вновь пошли на спад, и все окончательно изменилось с началом Великой Отечественной войны 22 июня 1941 года, после чего Антикоминтерновский пакт был вновь актуализирован, продлен на пять лет, и тогда же к нему присоединились Финляндия, Румыния, Болгария и несколько марионеточных правительств, зависимых как от Германии (Хорватия, Словакия, Дания), так и от Японии (оккупированная часть Китая). Кроме того, статус наблюдателя имела Турция. А еще до пакта Молотова — Риббентропа, в начале 1939 года, к Антикоминтерновскому пакту успели присоединиться Венгрия, Маньчжоу-го и Испания — в лице правительства генерала Франко, которое испытало на себе большое давление Германии в условиях продолжавшейся гражданской войны.

Реальной же отправной точкой формирования военно-политического союза Германии и Италии накануне начала Второй мировой войны стал так называемый Стальной пакт, Германо-итальянский договор о союзе и дружбе, подписанный в Берлине 22 мая 1939 года, который не только подтверждал действие положений Антикоминтерновского пакта, но и оговаривал конкретные взаимные союзнические обязательства, в результате чего Италия, в отличие от той же Японии, сразу же вслед за Германией объявила войну СССР летом 1941 года.

Читать так же:  прививка от гриппа не снизит уровень антител к COVID-19 — РТ на русском

По выражению американского историка Нормана Года, специализирующегося на изучении нацистской Германии и Холокоста, присоединение к Антикоминтерновскому пакту для союзников Германии и ее миньонов служило скорее «лакмусовой бумажкой лояльности», а не реальными военными соглашениями.

Так, присоединение Италии к пакту было во многом вынужденным — так же, как это было в случае Испании и ряда других стран. Италию приглашали к участию в подписании документа еще при заключении первоначального германо-японского соглашения в ноябре 1936 года, однако в то время дуче не заинтересовал этот в значительной степени символический жест, поскольку он считал, что его антикоммунистическая позиция не нуждается в лишних доказательствах и в достаточной мере подтверждена итальянским участием в гражданской войне в Испании. Членство Италии рассматривалось Риббентропом на самых ранних стадиях разработки соглашения в октябре 1935 года, однако фактическое присоединение Италии произошло спустя год после Японии, в качестве ответной любезности за германскую военную помощь и при условии, что участие Италии в этом проекте будет достаточно почетным.

На каком-то первоначальном этапе выстраивания своей политики Гитлер желал также обеспечить британское членство в Антикоминтерновском пакте, и во время пребывания Риббентропа на посту посла Германии в Соединенном Королевстве в 1936–1938 годах ему ставилась такая конкретная задача; Гитлер даже объявил присоединение Великобритании к пакту своим «самым большим желанием». Сам Риббентроп писал: «Одну из главных задач нашей дипломатии в Лондоне я вижу в том, чтобы просветить англичан в отношении реальной опасности большевизма», отмечая, впрочем, что антикоминтерновская политика становится одновременно и механизмом выхода Германии из изоляции, способом поиска точек соприкосновения на основе общей антикоммунистической идеологии. Но западные демократии в тот момент все же не поддались на незамысловатую антикоммунистическую риторику, и Антикоминтерновский пакт остался делом исключительно стран «оси».



Источник

Оцените статью
ЛечебаРу - новости науки и медицины